..
Помню, что именно в этот миг, снова закричала сова, но на этот раз она меня не напугала.
Дальнейшее очень просто, продолжал я. Если бытие есть нечто данное, то мы должны его принять как абсолютное совершенство, так как вне его и за ним нет ничего иного и в нем исчерпываются все мыслимые

? Ты слышишь меня, Виктор?
Виктор ничего не ответил. Меня вдруг охватила паника неужели я не успею высказать ему то, что надумал?
Хорошо, Виктор, допустим, что все именуемое материальным существованием не есть некий предмет, летящий во времени и пространстве. Оно содержит в себе и время, и

Дед Штилян, змея.
Где? ?
На дереве, передо мной.
Мало того, что змея была передо мной, она уставилась мне в лицо своими жуткими холодными глазами. Сейчас мне смешно вспоминать об этом, но тогда я не на шутку перепугался. По правде говоря, змея была устрашающая, я даже не подозревал, что у нас водятся такие гр

И наконец увидел. Оцепенев от страха, я чуть слышно прошептал:
Дед Штилян…
Что, сынок?
Он, наверное, почувствовал, как я испугался, потому что голос его дрогнул.

Оставаясь верным своей профессии, я для приличия призадумался.
Что ты думаешь? робко спросил мой пациент.
Помоему, операция ни к чему, сказал я. Лицо у него прояснилось.
Ты уверен?Если утро застанет нас на равнине, все пропало.

Лихорадочно дрожащими пальцами я расстегнул на нем одежду. Стрельба прекратилась, я слышал только хриплые выкрики, но слов не понимал. Приподняв намокшую от крови сорочку Виктора, я увидел жуткую рану чуть ниже солнечного сплетения. Я сунул руку за спину пуля прошла насквозь.
Получаса мне было достаточно, чтобы пол

Пойдем дальше, глядишь, и заплутаемся…
В его голосе мне почудилась неуверенность. Может быть, он не привык к лесам и лучше чувствовал себя на открытом месте.

Не без труда преодолев ее, мы снова спустились на холмистое поле, заросшее кустарником. Дорога стала безопаснее, но и гораздо тяжелее. Кругом стояли низкие и густые заросли, не всюду удавалось найти тропинку. На заре, выбившись из сил, мы остановились.
Здесь переспим, сказал старик.

Возможно, что село было оцеплено и крестьян не пустили в поле, я так никогда этого и не узнал. Вокруг было так тихо и безлюдно, словно на всей земле остались в живых только мы одни.
Лишь раз мы услышали далекий гул мот

Я старый человек, мне жара нипочем.
Ступай, я тебе говорю! прикрикнул я.
Но старик не послушался. Теперь я думаю, что мы были чересчур осторожны. Мы то и дело прислушивались и оглядывались по сторонам, но за весь ден